Послание Цареградского патриарха Неофита VII к православным подданным Речи Посполитой (1790 г.)

02:42 Статьи

В ноябре 1790 г. власти Речи Посполитой широко распространили среди православного населения белорусских и украинских земель листовку, содержащую Пастырское послание Константинопольского патриарха Неофита VII. Для современников это было неожиданно и удивительно. Во-первых, польское католическое правительство никогда не заботилось об улучшении положения Православной Церкви на своей территории, наоборот, стремилось ее ликвидировать, распространяя среди русского населения Брестскую церковную унию и запрещая контакты своих православных подданных с церковной иерархией из других православных стран. Во-вторых, православные в Польско-Литовском государстве после 1686 г. канонически подчинялись Св. Синоду РПЦ, и несанкционированное обращение предстоятеля одной Поместной Православной Церкви к пастве другой Поместной Православной Церкви нельзя было интерпретировать иначе, как грубое нарушение церковно-канонического порядка, влекущее за собой осложнение межцерковных взаимоотношений.

Факт появления послания патриарха Неофита на русских землях Польско-Литовского государства в 1790 г. известен отечественным историкам. Небольшую выдержку из него в своей книге «Православная Церковь в Польше и Литве» цитирует В.А. Беднов. В то же время полный текст этого документа до настоящего момента не переводился на русский язык в полном объеме и не анализировался исследователями. Это дурно, особенно принимая во внимание непростые взаимоотношения, сложившихся между Московским и Константинопольским патриархатами в наши дни, а также учитывая содержание послания. Оно раскрывает мнение Фанара о своем положении в православном мире, сформировавшееся к концу XVIII в.

Прежде чем обратиться к тексту послания, нужно сделать некоторые замечания. Оно было написано в ответ на просьбу польских правительственных кругов принять православное население Речи Посполитой в состав Константинопольской Церкви. Это должно было прекратить церковноправовую зависимость польских православных от Св. Синода РПЦ, восстановить каноническое разделение Русской Церкви, существовавшее с 1458 по 1686 г., и, как следствие, пресечь церковный канал влияния Российской империи на политическую ситуацию в Польше.

Послание патриарха Неофита в Речь Посполитую опубликовано в сборнике документов польской дипломатической миссии в Стамбуле, изданной В. Валишевским в 1894 г. Из заголовка: «Перевод проекта увещевательного Пастырского Послания от Патриарха Константинопольского к Церкви-Дезунитов, предназначенного для публикации в Польше», – следует, что текст послания был составлен в патриархии на греческом языке, а польские дипломаты предложили проект его перевода на польский. Не известно, правился ли этот проект перед публикацией. До сих пор не удается обнаружить оригиналы листовок, распространявшихся в 1790 г. Положение осложняется тем, что греческий текст послания отсутствует, поскольку акты патриаршества Неофита VII не сохранились. Тем не менее можно допустить, что проект перевода был обнародован без изменений. Дело в том, что этот вариант послания в полной мере отвечал политическим устремлениям польской стороны. Каноническое и богословское обоснование поддержки патриархом польских интересов не должно было волновать польских дипломатов и политиков. Поэтому можно полагать, что мысли, которые высказаны в этом тексте, являются собственными мыслями патриарха.

В авторском переводе текст послания патриарха Неофита, изданный Валишевским, читается следующим образом.

«Перевод проекта увещевательного Пастырского Послания от Патриарха Константинопольского к Церкви-Дезунитов, предназначенного для публикации в Польше

Всем правоверным и истинным Христианам, как духовным, так и светским, Его королевского величества и наияснейшей Речипосполитой Польской, так же Великого княжества Литовского подданным, которые придерживаются святых обрядов и исповедуют Евангельское учение согласно обычаям и вере нашей Восточной Церкви, общей Матери нашей, согласно с постановлениями и уставами Семи Вселенских Соборов, да пребудут с вами любовь, мир и милосердие Отца, Сына и Духа Святого, Бога единого по природе, почитаемого в Трех Лицах; нам же – благословение и отпущение грехов.

Заповедь Спасителя нашего Иисуса Христа, данная в Святом Его Евангелии: Euntes in Mundum Universum praedicate Evangelium omni creaturae («Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари» (Мк. 16, 15)), обязывающее Нас проповедовать слово Божие всем Христианам, веру Святой Восточной Церкви исповедующим, ибо (благодарение Богу) власть во Вселенской Церкви правом Синода сообщена Нам и доверена была.

По этой причине Вам, являющимся верными чадами Восточной Церкви, а также Его Величества короля Речи Посполитой и Великого княжества Литовского подданными, советуем нерушимым содержать все то, что Евангельскими заповедями, преданиями святых Апостолов, и все то, что по вдохновению Духа Святого установлено было на Семи Вселенских Соборах, где ясно содержатся Символ веры нашей, семь Таинств святой Церкви нашей, постановления святых Апостолов и заповеди боговдохновенных святых Отцов наших. К этому всему, что выше сказано, нужно еще добавить обязательство любви к ближнему и послушания подданных своим королям и начальникам духовным, поставленным от Бога, согласно словам святых Апостолов: Obedite Ductoribus Vestris et obsecundate («Повинуйтесь наставникам вашим и будьте покорны» (Евр. 13, 17)), и в другом месте Omnis anima potestatibus supereminentibus subjecta esta in Domino Nostro Jesu Christo («Всякая душа да будет покорна высшим властям в Господе нашем Иисусе Христе» (Неточная цитата : Рим. 13, 1)), равно как и в силу заповеди Спасителя нашего : Reddite ergo quae sunt Caesaris, Caesari, et quae sunt Dei, Deo («Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Мф. 22, 19)).

С тревогой я принял известие, что ваши духовные начальники принесли присягу, в силу которой обязывались быть послушными чужому государству и исполняли такие распоряжения, которые преследовали явную цель подстрекательства народа к непослушанию и бунту против законной власти, к поднятию смятений в собственном отечестве, что тем более является тяжелым и значительным перед Богом проступком, что безбожие продвинулось даже до употребления во зло посредством гнусного фарисейства при поминании Его имени. Посему мы обязаны не ради угождения людям и не лицемерно, но в правде, искренности и без лукавства не только уставы нашей святой Церкви сохранять, но так же вас остерегаю, чтобы вы души и тела ваши не пятнали, принося присягу чужим державам, которые ведут к непослушанию и бунту; злонамеренные присяги и обязательства должны быть отвергнуты. Если бы Ирод не был связан неосторожно данной клятвой, не приказал бы умертвить Пророка. А если бы Петр не прекратил отказываться и клясться, настаивая, что он не знает Человека, не был бы другом Божиим, но Бог отказался бы от него. Кроме того, существует старинное общепринятое церковное правило, обращенное к духовным лицам, которое определенно предписывает нам заниматься исключительно духовными делами и ни при каких обстоятельствах не вмешивались в политику, поскольку: nemo potest duobus dominis servire, Deo et namonae («Никто не может служить двум господам, Богу и мамоне». (Мф. 6, 24)).

Все лица в духовном сане! Своими поступками вы обязаны служить примером правоверным Христианам нашим, учить и давать советы с усердием и постоянством как высшим, так и низшим, чтобы точно так же, как хвалу Богу воздается, пребывали в послушании приказаниям его королевского величества и наияснейшей Речипосполитой польской, за которых единственно, как за законную власть вашу, должны молиться Всемогущему Богу, а не за чужеземных монархов, как вы до этого делали, особо обращая на то внимание, чтобы вы, поступая иначе, не нарушили заповеди Святого Евангелия, постановлений Апостолов и святых Отцов, и наконец, наших предупреждений и напоминаний Патырских и Синодальных, направленных на то, чтобы вы не стали ненавистны Богу и не заслужили наказание от власть предержащих. Светским людям! Если вы не проявите непослушания во всем этом, что от вас требует святая наша вера, искренняя подчиненность его королевскому величеству и Речипосполитой Польской, то не только получите от Бога венец славы, но и воспользуетесь милостью наияснейшей Речи Посполитой, которая вам в государствах своих liberum exercitium (свободно действовать) нашей святой религии позволяет. Подобно, как Церковь наша Восточная употребляет (благодаренние Богу) во всей Оттоманской империи под славным, справедливым и могущественным управлением Селима III, а вы пользоваться будете существенными свободами в королевстве Польском, в том случае, если со своей стороны будете вести себя прилично; и напротив, действуя по наущению чужих держав, крайне вредных, подобных тем, которыми вы недавно руководствовались, подадите повод для сомнений в вашей верности и поставите себя под угрозу ужасных последствий.

Не перестаем молить Бога о спасении душ ваших и о здравии вашем; будьте же любимыми у Бога сынами! все то, что вам выше советуем делать и напоминаем, вместе с нашим Синодом архиепископов собратий наших; ибо он содержит и сохраняет истинное вероучение Восточной Церкви и ее власть, которую Богу угодно было поручить ей. Пусть милость Господа и отеческое благословение наше будут всегда с вами, как духовными, так и светскими; в противном случае пусть справедливый Божий гнев, кара властей, утрата всех благ духовных, станут уделом всех духовных мятежников, и пусть познают они все страшные плоды справедливости как духовных, так и светских властей. Quod Deus avertat» (Да не допустит этого Бог).

Итак, в начале послания патриарх Неофит обосновывает правомочность своего обращения к пастве, относящейся к другой юрисдикции тем, что он заповедью Спасителя обязан проповедовать всем христианам «ибо (благодарение Богу) власть во Вселенской Церкви правом Синода сообщена Нам (имеется в виду сам автор послания, его предшественники и преемники – А.Р.) и доверена была». Из этих слов недвусмысленно следует, что патриарх Неофит полагал власть Синода Константинопольского патриархата, а следовательно, и свою власть, распространяющейся на всю Вселенскую Церковь. Примечательно, что этот посыл повторяется в тексте дважды. В конце послания патриарх пишет: «напоминаем, вместе с Нашим Синодом архиепископов собратий наших; ибо он (т.е. Синод – А.Р.) содержит и сохраняет истинное вероучение Восточной Церкви и ее власть, которую Богу угодно было поручить ей (т.е. Церкви – А.Р.)». При этом к тем, кто мог бы проявить сомнение в законности универсальной власти Фанара над Вселенской Церковью, патриарх Неофит обращается с угрозами: «Пусть милость Господа и отеческое благословение Наше будут всегда с вами, как духовными, так и светскими; в противном случае пусть справедливый Божий гнев, кара властей, утрата всех благ духовных, станут уделом всех духовных мятежников, и пусть познают они все страшные плоды справедливости как духовных, так и светских властей».

Причину своего обращения к православному населению Речи Посполитой патриарх Неофит объясняет тревогой за судьбу верующих, которых их духовная власть, якобы, заставляет присягать иноземному государству, обрекая тем самым на преследования со стороны законных властей. Св. Синод РПЦ не упоминается, но ему, очевидно, косвенно бросается упрек в применении несовместимых с Евангельскими заповедями принципов руководства частью Русской Церкви, находящейся в пределах Польши. В целом эти слова обвиняют Св. Синод в том, что он в меньшей степени печется о духовном спасении паствы, а в бóльшей степени заботится о продвижении правительственной политики России, заставляет православное духовенство в Речи Посполитой проявлять нелояльность властям.

Интересно видение патриарха пути исправления положения Православной Церкви во враждебном всему православному и русскому Польско-Литовском государстве. Неофит VII призывает православных быть преданными католической Польше и не тяготеть к единоверной России, называя ее чужеземной для них. Следование такому совету, в стране, которая на протяжении всей своей истории стремилась уничтожить православие, без сомнения, вело к деградации православных церковных структур, сокращению православного населения, возвышению и торжеству Брестской церковной унии. Не известно, был ли настолько глубоко погружен в польские проблемы патриарх Неофит VII, чтобы понимать это. Но для убеждения православных Речи Посполитой в правильности своего видения он приводит пример положения Церкви в Османской империи. В ней Церковь, по его мнению, процветает под властью султанов. Патриарх пишет, что православие в Польше действует свободно, «подобно, как Церковь наша Восточная употребляет (благодарение Богу) во всей Оттоманской империи под славным, справедливым и могущественным управлением Селима III».

В целом из послания к православному населению Речи Посполитой следует, что Константинопольский патриарх Неофит VII в 1790-м г. считал себя вправе по своему усмотрению вмешиваться в дела других Поместных Церквей и брать под свой омофор любую из их частей в случае, если, по его мнению, руководство той или иной Поместной Церкви поступает неправильно. В послании он не столько увещевает польских собратьев по вере, сколько выступает в качестве верховного предстоятеля, которому принадлежит суд и право действовать без учета интересов других Поместных Церквей. За непослушание себе он грозит духовными карами. Не называя прямо Св. Синод РПЦ, Константинопольский предстоятель укоряет его в служении Российской империи. При этом он исходит из того, что в Речи Посполитой, равно как и в Османской империи Церковь имеет возможность свободно существовать и развиваться.

Послание патриарха Неофита в полной мере согласуется с церковной политикой современной Константинопольской патриархии, обвиняющей Русскую Церковь в слишком тесном сотрудничестве с российским государством. Это послание служит яркой иллюстрацией для выводов протоиерея Александра Шмемана, который указал на то, что особенности положения Константинопольской патриархии в Османской империи способствовали складыванию греческого национализма и становлению представления об универсальной власти патриарха Константинополя во Вселенской Церкви (Шмеман, А., протоиерей Исторический путь православия /протоиерей Александр Шмеман. – Москва : Паломник, 2007. – 399 с. – С. 325–326.). В конце XVIII в. обе эти тенденции уже вполне оформились. К тому же, по всей вероятности, патриархом Неофитом двигала обида за 1686 г., когда усилиями русской дипломатии от Константинопольской Церкви была отторгнута Киевская митрополия. С того момента прошло чуть более ста лет, и унижение, пережитое греческим духовенством, было еще очень свежо в памяти. В своем послании в Польшу патриарх Неофит косвенно укоряет Русскую Церковь в том, что она не сумела обеспечить бесконфликтное положение православного населения в этой католической стране и прозрачно намекает, что возвращение польской православной паствы под его омофор исправит ситуацию. Очевидно, можно говорить о попытке патриарха Неофита VII воспользоваться польской политикой ради греческого реванша на западнорусских землях. Хронологически это был первый случай проявления откровенной враждебности Фанара к России и ее Церкви.

(Visited 107 times, 1 visits today)

Последнее изменение: 20.08.2020
закрыть