Отношение к коллаборационизму в среде белорусских татар во время Великой Отечественной Войны

22:35 Статьи

Часть 1

Представители этнической группы белорусских татар – предки которых были поселены на этих землях еще во времена ВКЛ, безусловно, привнесли вклад в Победу над Германией, принимая участие в различных формах антифашистского сопротивления во время Великой Отечественной войны. Однако, сталинский режим – перегибы в религиозной и национальной политике, индустриализация и насаждение колхозов, чистки в армии и госаппарате – вызвали негативный настрой у части населения. Пострадали от этого и местные татары. Кстати, антисталинизм, а также лозунги создания своего национального государства были основными мотивами у многих представителей тюркско-мусульманских народов СССР, которые в той или иной степени сотрудничали с немецкими оккупантами. Особую актуальность для мусульманских народов приобрел и религиозный мотив, поскольку в России и СССР гонения против ислама в отдельные периоды были масштабными и жестокими. Данное обстоятельство и придало атрактивность исламу, который становился символом борьбы за национальное освобождение или даже определяющим фактором этнического самосознания [1, c. 46].

Нужно, безусловно, брать в расчет и пропагандистские меры германских властей, что также подталкивало население оккупированных регионов, в том числе БССР, к сотрудничеству с ними. Таким образом, феномен коллаборационизма во время войны – это в высшей степени сложное явление. Для характеристики мотиваций и оценки этого процесса необходимым является чёткое представление о конкретных политических, социальных и психологических реалиях каждой отдельно взятой страны, представители которой в определенной степени сотрудничали с оккупационной властью. Количество мусульман, граждан СССР, в вооруженных силах Германии в 19411945 годах составляло примерно 290–305 тысяч человек, в том числе «туркестанцы», северокавказцы, азербайджанцы, поволжские и крымские татары [2, с. 253]. Действовали отдельные мусульманские легионы. Нет сведений о создании военного формирования непосредственно из белорусских татар в составе боевых частей германских вооруженных сил. Однако все же сохранились данные о сотрудничестве некоторых представителей данной этнической группы с вермахтом и о нахождении их в войсках СС. Кроме того, есть примеры участия местных татар в политической коллаборации.

Муфтий Якуб Шинкевич

Представители татарского населения, ориентированные на сотрудничество с новой властью, группировались в основном вокруг муфтия Якуба Шинкевича. Он был избран на эту должность в 1925 году на Мусульманском съезде в Вильно. 10 октября 1939 года после подписания советско-литовского договора, по которому Вильнюс и близлежащие территории отходили к Литовской республике, муфтий вместе с небольшой частью деятелей выдал декларативно пролитовское обращение от имени татарско-мусульманской общины, в которой выражал стремление к сотрудничеству с литовской властью. Однако обращение вызвало протест и негативное отношение большинства татар [3, s. 143]. Муфтият продолжал свою деятельность и во время установления в Литве советской власти (с 21 июля 1940 года до 22 июня 1941 года). После занятия гитлеровскими войсками Виленщины, в начале 1942 года, германские власти позволили создать в Литве муфтият, главой которого был назначен Якуб Шинкевич. Правда, он был не очень доволен ограниченностью географических границ муфтията территорией Литвы. Я. Шинкевич высказывал пожелание объединить под своим руководством мусульман Беларуси и Польши и попросил одного из эмигрантских лидеров тюркских народов Алимджана Идриси, который в то время был ответственным сотрудником Министерства иностранных дел Германии, но продолжал активно участвовать в религиозной жизни, посодействовать в Берлине в решении этого вопроса [1, с. 307]. В итоге в июле 1942 года Я. Шинкевичу было разрешено распространить свою деятельность на сторонников ислама и в Беларуси.

Великий муфтий Иерусалима Амин аль-Хусейни и Адольф Гитлер

Якуб Шинкевич позже все же добился своего и был утвержден на должность муфтия «Остланда». В этой должности он стал руководителем всех мусульман, проживающих на территории, занятой гитлеровцами, к востоку от Генерал-губернаторства и Восточной Пруссии, и был подчинен Великому муфтию Иерусалима Амину альХусейни, которого германские власти назначили «вождем» всех мусульман Великой Германии. Основание муфтията «Остланда» стала для гитлеровцев также формальным поводом для организации мусульманских национальных военных формирований при германской армии. Муфтий «Остланда» Якуб Шинкевич помогал пропагандировать идею создания таких легионов [4, c. 94–96].

Знак отличия для восточных народов – специальная награда Третьего Рейха для награждения военнослужащих-добровольцев из числа славянских народов. Именно таким знаком награждались коллаборационисты, проходившие службу в мусульманских национальных военных формированиях при германской армии.

Оккупационные власти предлагали сотрудничество и некоторым активным татарским деятелям. Известно, например, что Леон Крычинский, который с 1938 года возглавлял Центральную раду Культурно-просветительского союза татар Речи Посполитой, являлся главным редактором «Татарского ежегодника», судьей окружного суда в Гдыне, отказался от такого предложения. Ротмистр Ельяшевич, которому оккупанты хотели поручить командование кавалерией из представителей турецко-мусульманских народов СССР, также не принял его.

Однако Якуб Шинкевич и некоторые его единомышленники заняли иную позицию. Кстати, Я. Шинкевич во время учебы в Берлинском университете дружил с будущим министром пропаганды Третьего Рейха Йозефом Геббельсом. С точки зрения польского историка Яна Тышкевича, в значительной степени благодаря ему, муфтий и принял предложение о сотрудничестве [3, s. 146]. Однако вряд ли его нужно было долго приглашать, так как на основании документальных материалов становится понятным, что сам Якуб Шинкевич был активным инициатором совместной работы с гитлеровцами, о чем свидетельствуют его усилия по созданию прогерманской молодежной организации из местных татар – Союза татарской молодежи (СТМ) [5].

В августе 1942 года Генеральный комиссар Вильгельм Кубе позволил представителю муфтия в Генеральном округе Беларусь (ГОБ) Али Мустафовичу А. Смайкевичу и заместителю муфтия Бари Халецкому составить подробные списки татар, желающих сотрудничать с оккупационной властью. Потом их планировалось использовать в военно-политических и экономических целях Рейха. В. Кубе также подчеркнул, что проверка и анализ этих списков в более поздний срок поможет решить вопрос о целесообразности использования татарского населения в военно-экономической жизни ГОБ [6, л. 60].

Усадьба представителя муфтия в Генеральном округе Беларусь Aли Смайкевича по улице Колхозной 51 в Минске стала местом локализации татарских сил, которые лояльно относились к новой власти. С осени 1943 года в доме А. Смайкевича постоянно проводились встречи татарской молодежи. Здесь было организовано изучение немецкого языка, работа хорового и драматических кружков. Позже для этой цели германские власти выделили помещение, которое стало клубом татарской молодежи, где собиралось около двадцать человек.

Что касается личности А. Смайкевича, то судьба его была сложной. Шестого ноября 1938 года он был арестован органами НКВД. От него требовали компрометирующих данных на брата Сулеймана, которого ранее обвинили как агента польской разведки. Через месяц Али Смайкевича отпустили, а в его личном деле появилась отметка, что он был завербован и стал сотрудником третьего отдела НКВД. После оккупации Минска Али Смайкевич определенное время занимал должность заместителя по административно-хозяйственной части санитарно-эпидемиологической станции Отдела здравоохранения Минской городской управы [7, л. 20]. Его назначения на должность заместителя муфтия в Минске добивался от оккупационных властей Я. Шинкевич, но и сам А. Смайкевич проявлял лояльность к новой власти.

Окончание следует.

(Visited 24 times, 1 visits today)

Последнее изменение: 28.10.2021
закрыть